You are here

Уровень и природа аутического интеллекта

Мишель Доусон, Изабель Сульер, Мортон Энн Гернсбахер и Лоран Моттрон

Аннотация: Предполагается, что аутисты характеризуются когнитивными нарушениями, а их сильные когнитивные стороны (например, при выполнении задания "кубики Коса") часто интерпретируются как низкоуровневый побочный продукт высокоуровневых дефицитов, но не как прямое проявление интеллекта. Недавние попытки идентифицировать нейроанатомические и нейрофункциональные знаки аутизма позиционировались на этом всеобщем, но непроверенном предположении. Поэтому мы оценили широкую выборку из 38-ми аутичных детей по превосходному тесту подвижного интеллекта — прогрессивным матрицам Равена. Их показатели были по процентилям в среднем на 30 пунктов, а в некоторых случаях — более чем на 70 пунктов выше их показателей по Шкалам интеллекта Векслера. Типично развивающиеся дети из контрольной группы не показали такого разрыва, и подобный же контраст наблюдался, когда выборку аутичных взрослых сравнили с выборкой неаутичных взрослых. Мы делаем вывод, что интеллект аутистов недооценивается.

 

Аутизм определяется атипичными коммуникацией, социальным взаимодействием, интересами и маннеризмами тела. Когда Каннер (1943) изначально кодифицировал явление аутизма, он спрогнозировал, что у аутистов1 "великолепная память… и точное собирание сложных структур и последовательностей предвещает хороший интеллект" (стр. 247). Однако более формальные измерения в эпидемиологических исследованиях поместили существенный процент аутистов в диапазон, определяемый как умственная отсталость (например, 40% в Baird et al., 2000; от 25% до 64% в Kielinen, Linna, & Moilanen, 2000).

Предположение о когнитивных нарушениях у аутистов пронизывает популярную и научную литературу. Те аутисты, которые считались минимально вербальными и невербальными (т.е., те, у которых были серьёзные проблемы со свободной речью), считались имеющими наибольшие когнитивные нарушения; отнесение таких лиц к "низкофункционирующим" является общим местом. И хотя стало бестактным называть аутистов с исключительными способностями "идиотами-савантами", выдающиеся результаты аутистов часто считались побочным эффектом аномального нейроанатомического функционирования, а не отражением подлинного человеческого интеллекта (Hobson, 2002). Мы эмпирически исследовали эти преобладающие концепции, чтобы лучше понять уровень и природу аутического интеллекта.

Тесты интеллекта играют видную роль в исследованиях аутизма и клинической практике. В исследованиях показатели тестов на интеллект служат как переменные при установлении соответствия между группами участников, как одновременно изменяющиеся переменные (когда предварительное установление соответствий было неэффективно), а также, в качестве меры результатов, используются для эмпирического тестирования различных терапий. В исследованиях и клинической практике интеллект аутистов чаще всего измерялся по выполнению тестов на базе тестов интеллекта Векслера (Mottron, 2004).

Например, Шкала интеллекта Векслера для детей (Wechsler, 1991) содержит дюжину подтестов. Показатели по пяти из этих подтестов, в которых требуется проверка устных ответов на заданные устно вопросы, образуют вербальную составляющую IQ; показатели по пяти другим подтестам, в которых требуется проверка ответов, отличных от устных, на заданные устно вопросы (например, расположить карточки или блоки), образуют невербальную или исполнительную составляющую IQ. Таким образом, как вербальные, так и исполнительные подтесты IQ требуют компетенции в понимании языка, а подтесты вербального IQ требуют компетенции в разговорной речи. Композиция вербальных и исполнительных подтестов IQ называется полной шкалой IQ.

При тестировании по шкалам типа шкалы Векслера (Happé, 1994) аутисты, как правило, дают характерный профиль, как проиллюстрировано на рисунке 1. Обычно наблюдается заметный дефицит по одному из вербальных подтестов, Пониманию. Этот подтест, как известно, измеряет социальное и практическое понимание, включая такие вопросы как "Что делать, если найдёшь на улице конверт, который запечатан, с адресом и с новой маркой на нём?" и "Что нужно сделать, если порежешь палец?". Качество устных ответов испытуемого на подтест Понимания оценивается экзаменатором.


Рис. 1. Средние показатели по подтестам у 38-ми аутичных детей по Шкалам интеллекта Векслера, 3-му изданию.

По контрасту с этим, аутисты, как правило, демонстрируют заметный пик на одном из невербальных подтестов — кубиках Коса. На подтесте кубиков Коса испытуемому показывают двумерный красно-белый геометрический узор, и задача состоит в воспроизведении узора путём сборки раскрашенных блоков. Подтест кубиков Коса ограничен по времени и оценивается по точности.

Как следует интерпретировать такие пики и провалы в показателях аутистов по подтестам Векслера? Одно из здравомысленных замечаний состоит в том, что пики соответствуют интеллектуальным навыкам, которые олицетворяют аутистов, когнитивным задачам, в которых они преуспевают. Тем не менее, долгие годы эти пики классифицировались как "островки способностей… рассматривавшиеся как некий миф, либо как просто интересный, но теоретически несущественный факт" (Shah & Frith, 1993, стр. 1351). Затем, в 1990-х годах, пики приобрели теоретическую важность. Исключительное выполнение подтеста кубиков Коса, заодно с исключительно быстрым выделением целевой фигуры из сложного фона, рисованием "невозможных" фигур и восприятием звуков, а также многие савантические навыки — всё было интерпретировано как единый дефицит: "слабость центрального согласования", тенденция фокусироваться на деталях ценой конфигурации (Happé, 1999; Heaton, Hermelin, & Pring, 1998; Shah & Frith, 1983).

Мы эмпирически протестировали эту трактовку интеллектуальных преимуществ аутистов как низкоуровневых склонностей, являющихся результатами высокоуровневых концептуальных дефицитов2, дав тест интеллекта, широко рассматриваемый как превосходная мера высокоуровневого аналитического мышления — прогрессивные матрицы Равена (Raven, Raven, & Court, 1998). Этот тест состоит из 60-ти пунктов, разделённых на пять наборов по возрастанию сложности. Все пункты имеют схожий формат: матрица из геометрических узоров с одной ячейкой, оставленной пустой, представлена вместе с шестью или восемью альтернативами для её завершения. Для этого предполагающегося невербальным теста нужен минимум инструкций.

Прогрессивные матрицы Равена эмпирически демонстрируют анализ способностей к выводу правил, управлению иерархией целей и формированию абстракций высокого уровня (Carpenter, Just, & Shell, 1990). Широко признанные в качестве ведущей меры рассуждения и решения проблем, прогрессивные матрицы Равена считаются "парадигмальной" мерой подвижного интеллекта (Mackintosh, 1998, стр. 228), а задачи на подвижный интеллект предполагаются требующими скоординированных исполнительных функций, управления вниманием и рабочей памяти (Blair, 2006; Kane & Engel, 2002; Newman & Just, 2005). Среди тестов когнитивных способностей прогрессивные матрицы Равена подкупают психометрической определённостью; в классических диаграммах Snow, Kyllonen, and Marshalek's (1984), в которых сведены корреляции между многочисленными тестами когнитивных способностей, простые, предметно-ориентированные тесты лежат на периферии, а прогрессивные матрицы Равена занимают центр как наиболее сложный и общий единичный тест интеллекта.

Описание когнитивных процессов, необходимых для решения прогрессивных матриц Равена и выполнения задач на подвижный интеллект, читается как набор когнитивных процессов, которых, как предполагается, не хватает аутистам. Например, тогда как от аутистов ожидают адекватного выполнения простых тестов на исполнительные функции и рабочую память, им, как ожидается, не хватает когнитивных способностей, нужных для хорошего прохождения более сложных проверок познания (Minshew, Webb, Williams, & Dawson, 2006). Предполагается, что аутисты успешны на тестах на механическое запоминание или низкоуровневое сопоставление образцов, но непропорционально затрудняются с тестами с высоким уровнем интеграции и абстракции (Courchesne & Pierce, 2005; Just, Cherkassky, Keller, & Minshew, 2004). В самом деле, было специально предсказано, что у аутистов должны быть непропорциональные нарушения в подвижных рассуждениях (Blair, 2006; Pennington & Ozonoff, 1996), но это предсказание никогда не представлялось к эмпирической проверке. Наша цель состояла в непосредственной проверке этих утверждений.

МЕТОД
Участники

Аутичные дети

Эта группа состояла из 38-ми аутичных детей (35 мальчиков, 3 девочки) в возрасте от 7-ми до 16-ти лет (M = 10.39, SD = 2.69). Они были диагностированы в Специализированной клинике по первазивным расстройствам развития при госпитале Ривьер-де-Прери, Монреаль, Канада. Все они скорее соответствовали диагностическим критериям аутического расстройства, чем другим диагностическим категориям "Руководства по диагностике и статистике психических расстройств", 4-е издание (т.е., первазивного расстройства развития неуточнённого или синдрома Аспергера), согласно двум исследовательско-диагностическим инструментам, являющимся золотым стандартом (Autism Diagnostic Interview–Revised от Lord, Rutter, & Le Couteur, 1994 и Autism Diagnosis Observation Schedule–General от Lord, Rutter, DiLavore, & Risi, 1999), и опытным клиницистам. После диагностического оценивания данные обо всех пациентах, с их предварительного информированного согласия, вводились в базу данных Digimed©.

Из базы данных были извлечены сведения обо всех подряд случаях, которые удовлетворяли критериям аутизма по обоим диагностическим инструментам и которые закончили как французско-канадскую версию 3-й редакции Шкалы интеллекта Векслера для детей (Wechsler Intelligence Scale for Children–Third Edition (WISC-III; Wechsler, 1991)), так и Прогрессивные матрицы Равена (Raven et al., 1998). Из этой выборки были исключены аутичные дети, которые имели известное, диагностируемое генетическое заболевание или дополнительное неврологическое заболевание. Аутичные участники, отобранные таким образом, представляли первичный или идиопатический аутизм, т.е. аутизм без известной и, возможно, искажающей этиологии.

Неаутичные дети контрольной группы

Эта группа состояла из 24-х типично развивающихся неаутичных детей (19 мальчиков, 5 девочек) в возрасте от 6-ти до 16-ти лет (M = 11.00, SD = 3.28). Они были набраны по объявлению, размещённому в местной газете. Полуструктурированное интервью позволило исключить участников с историей психиатрического лечения, проблемами в обучении, либо неврологическими расстройствами, либо с семейной историей психиатрических или неврологических расстройств.

Аутичные взрослые

Эта группа состояла из 13-ти аутичных взрослых (11-ти мужского пола, 2-х женского) в возрасте от 16-ти до 43-х лет (M = 25.38, SD = 8.86). Эти взрослые также были диагностированы в Специализированной клинике по первазивным расстройствам развития. Диагноз был поставлен опытными клиницистами с использованием Autism Diagnostic Interview–Revised (Lord et al., 1994) и Autism Diagnosis Observation Schedule (Lord et al., 1999). Те же критерии включения и исключения, которые применялись к аутичным детям, были применены и к аутичным взрослым.

Неаутичные взрослые контрольной группы

Эта группа состояла из 19-ти обычных взрослых (все мужского пола) в возрасте от 19-ти до 32-х лет (M = 22.37, SD = 4.57). Они отбирались и проходили скрининг так же, как и неаутичные дети.

Материалы

Шкалы Векслера

Обеим группам детей давалась WISC-III, а обоим группам взрослых давалась Шкала интеллекта Векслера для взрослых, 3-е издание (Wechsler Adult Intelligence Scale–Third Edition (WAIS-III; Wechsler, 1997)). Как WISC-III, так и WAIS-III оценивались согласно канадским нормам.

Прогрессивные матрицы Равена

Стандартная версия Прогрессивных матриц Равена была дана всем участникам, без лимита времени. Нормы для североамериканских детей были взяты из мануала теста (Raven et al., 1998), а нормы для взрослых происходили из Burke (1985).

Процедура

Для аутичных детей и взрослых два теста (Шкалы Векслера и Прогрессивные матрицы Равена) были стандартно включены в диагностическое оценивание в Специализированной клинике по первазивным расстройствам развития. Оба теста индивидуально давались нейропсихологами, не знающими об исследовании и гипотезах. Неаутичные дети и взрослые из контрольных групп были протестированы нейропсихологами в условиях, похожих на условия для аутичных участников, и получили компенсацию.

РЕЗУЛЬТАТЫ
Аутичные и неаутичные дети

Показатели аутичных детей по субтестам WISC-III продемонстрировали прототипичный аутический профиль (см. рис. 1). Их показатели по составляющим WISC-III (см. рис. 2а) для вербального IQ были на 26-й процентили (SD = 30.17), для исполнительного IQ — на 31-й процентили (SD = 27.47) и по полной шкале IQ — на 26-й процентили (SD = 26.58), во всех случаях опустившись в диапазон ниже среднего. По контрасту, показатели аутичных детей на прогрессивных матрицах Равена были на 56-й процентили (SD = 35.11), указывая на средний уровень выполнения. И действительно, дисперсионный анализ (ANOVA) указал, что показатели аутичных детей по матрицам Равена значительно превысили их показатели по WISC-III: по полной шкале, вербальные и исполнительные (двухсторонний, все prep = 0.996, Коэна d = 0.78–0.97).

Расхождения между показателями аутичных детей по полной шкале IQ WISC-III и матрицами Равена случились по всему диапазону WISC-III, как проиллюстрировано на рисунке 3а. Например, никто из аутичных детей не показал "высокий интеллект" по WISC-III, тогда как треть аутичных детей показали 90-ю процентиль или выше на матрицах Равена. Лишь у меньшинства аутичных детей показатели были в диапазоне "среднего интеллекта" или выше на WISC-III, тогда как на матрицах Равена 50-ю процентиль или выше показало большинство. Тогда как треть аутичных детей была бы названа "низкофункционирующими" (т.е., в диапазоне умственной отсталости) в соответствии с WISC-III, только о 5% такое суждение было бы вынесено в соответствии с матрицами Равена.


Рис. 2. Показатели: (а) аутичных и неаутичных детей и (б) аутичных и неаутичных взрослых по шкалам Векслера и прогрессивным матрицам Равена. "Усы" погрешностей показывают 2 среднеквадратичных отклонения. WAIS-III = Шкала интеллекта Векслера для взрослых, 3-е издание; WISC-III = Шкала интеллекта Векслера для детей, 3-е издание.

Показатели детей из контрольной группы по составляющим WISC-III находились на 70-й процентили (SD = 21.35) для вербального IQ, 67-й процентили (SD = 23.79) для исполнительного IQ и на 70-й процентили (SD = 21.77) для полной шкалы IQ (см. рис. 2а). Похожим образом показатели детей из контрольной группы на прогрессивных матрицах Равена были на 72-й процентили (SD = 23.69). По разительному контрасту с аутичными детьми, неаутичные дети из контрольной группы не показали значительных различий между их показателями по матрицам Равена и полной, исполнительной или вербальной шкалами WISC-III (ANOVA, все prep < 0.53, d = 0.06–0.2). Таким образом, амплитуда различий между показателями по прогрессивным матрицам Равена и показателями по WISC-III существенно различались у аутичных и неаутичных детей, F(1, 60) = 12.89, prep = 0.986, d = 0.94. Действительно, приблизительно для половины неаутичных детей показатели по полной шкале WISC-III и прогрессивным матрицам Равена отличались по процентилям менее, чем на 10 пунктов (см. рис. 3б). Только для 1-го неаутичного ребёнка из контрольной группы разрыв между полной шкалой WISC-III и прогрессивными матрицами Равена превысил 50 процентильных пунктов.

Аутичные и неаутичные взрослые

Похожие результаты наблюдались при сравнении показателей аутичных и неаутичных взрослых на прогрессивных матрицах Равена и WAIS-III (см. рис. 2б). Показатели аутичных взрослых на прогрессивных матрицах Равена (M = 83.30 процентиль, SD = 19.26) были в среднем на 30 процентильных пунктов выше, чем их показатели по WAIS-III (M = 50.38 процентиль, SD = 30.57, prep = 0.986, d = 1.29). По контрасту, показатели неаутичных взрослых на прогрессивных матрицах Равена (M = 81.64 процентиль, SD = 16.78) и на WAIS-III (M = 74.80 процентиль, SD = 16.57) не слишком различались (prep = 0.852, d = 0.41). Так же, как было найдено для аутичных детей, амплитуды различий между прогрессивными матрицами Равена и WAIS-III у аутичных и неаутичных взрослых значительно отличались, F(1, 30) = 13.19, prep = 0.986, d = 1.31.


Рис. 3. Соотношение между показателями по полной шкалой IQ Шкалы интеллекта Векслера для детей, 3-е издание (WISC-III) и прогрессивными матрицами Равена у (а) аутичных детей и (б) детей из контрольной группы. Точки данных слева от пунктирной диагональной линии представляют тех участников, у кого показатели по матрицам Равена превышали показатели по WISC-III; точки данных слева от сплошной диагональной линии представляют тех участников, у кого показатели по матрицам Равена превышали по процентилям их показатели по WISC-III на 50 пунктов. В (а) кружком обведены точки данных для 7-ми аутичных детей, у которых показатели по матрицам Равена превысили по процентилям их показатели по WISC-III более чем на 70 пунктов. Ромбами обозначены идентичные для двух участников точки данных.

ОБСУЖДЕНИЕ

Помимо адресации к уровню аутического интеллекта, эти данные адресуются к его природе. Эти данные бросают вызов предположению, что аутический интеллект — это только простой, низкоуровневый, перцептуальный опыт, который позволяет аутистам решать лишь задачи, базирующиеся на механическом запоминании и манипуляции геометрическими кубиками, как в задаче кубиков Коса. Несмотря на то, что аутисты могут быть описаны как обладающие усиленным перцептуальным функционированием (Mottron, Dawson, Soulières, Hubert, & Burack, 2006), их выполнение подтеста кубиков Коса коррелирует с выполнением других подтестов Векслера (например, для аутичных детей в настоящем исследовании r = 0.65, prep = 0.986). Кроме того, когда аутисты выполняют серии задач на кубики Коса, изменённых так, чтобы оптимально решаться либо через восприятие локальных деталей, либо через восприятие конфигурации, они проявляют больше разносторонности и лучшее выполнение, чем не-аутисты (Caron, Mottron, Berthiaume, & Dawson, 2006). Кроме того, в настоящем исследовании относительная сложность 60-ти пунктов прогрессивных матриц Равена высоко коррелировала у аутичных и неаутичных детей, r(58) = 0.96, что предполагает, что тест измеряет у двух групп один и тот же конструкт.

Мы показали, что аутисты не имеют непропорциональных нарушений на тесте подвижного интеллекта, как должно быть согласно предсказаниям многих современных теорий аутизма. Вместо того, чтобы быть ограниченными изолированными подтестами Векслера, которые, как предполагается, измеряют только низкоуровневые механическую память и восприятие, аутический интеллект проявляется в наиболее сложном единичном тесте общего интеллекта в литературе. Хотя аутисты, несомненно, развёртывают атипичные когнитивные процессы при вополнении многих задач, мы настоятельно предостерегаем против объявления этих процессов дисфункциональными или предположения, что пики и провалы аутистов на шкале Векслера "игнорируют предпосылку… общего интеллекта" (Scheuffgen, Happé, Anderson, & Frith, 2000, стр. 83–84).

 

Благодарности: Мы благодарим É. Ménard, C. Berthiaume, P. Jelenic, G. Martel, M.-J. Dubuc и W.K. Dawson за вклад в проект, а D.M. Goldsmith — за обеспечение мотивации. Эта работа была поддержана грантом для Л.М. от Канадских институтов исследований в области здравоохранения.

(ПОЛУЧЕНО 11/19/06; ПЕРЕСМОТР ПРИНЯТ 1/19/07; ОКОНЧАТЕЛЬНАЯ ВЕРСИЯ ПОЛУЧЕНА 2/6/07)

ССЫЛКИ

Baird, G., Charman, T., Baron-Cohen, S., Cox, A., Swettenham, J., Wheelwright, S., & Drew, A. (2000). A screening instrument for autism at 18 months of age: A 6-year follow-up study. Journal of the American Academy of Child and Adolescent Psychiatry, 39, 694–702.

Blair, C. (2006). How similar are fluid cognition and general intelligence? A developmental neuroscience perspective on fluid cognition as an aspect of human cognitive ability. Behavioral and Brain Sciences, 29, 109–125.

Burke, H.R. (1985). Raven's Progressive Matrices (1938): More on norms, reliability, and validity. Journal of Clinical Psychology, 41, 231–235.

Caron, M.-J., Mottron, L., Berthiaume, C., & Dawson, M. (2006). Cognitive mechanisms, specificity and neural underpinnings of visuospatial peaks in autism. Brain, 129, 1789–1802.

Carpenter, P.A., Just, M.A., & Shell, P. (1990). What one intelligence test measures: A theoretical account of the processing in the Raven Progressive Matrices Test. Psychological Review, 97, 404–431.

Courchesne, A., & Pierce, K. (2005). Why the frontal cortex in autism might be talking only to itself: Local over-connectivity but longdistance disconnection. Current Opinion in Neurobiology, 15, 225–230.

Happé , F. (1994). Wechsler IQ profile and theory of mind in autism: A research note. Journal of Child Psychology and Psychiatry and Allied Disciplines, 35, 1461–1471.

Happé, F. (1999). Autism: Cognitive deficit or cognitive style? Trends in Cognitive Sciences, 3, 216–222.

Heaton, P., Hermelin, B., & Pring, L. (1998). Autism and pitch processing: A precursor for savant musical ability? Music Perception, 15, 291–305.

Hobson, P. (2002). The cradle of thought: Exploring the origins of thinking. New York: Oxford University Press.

Just, M.A., Cherkassky, V.L., Keller, T.A., & Minshew, N.J. (2004). Cortical activation and synchronization during sentence comprehension in high-functioning autism: Evidence of underconnectivity. Brain, 127, 1811–1821.

Kane, M.J., & Engel, R.W. (2002). The role of prefrontal cortex in working-memory capacity, executive attention, and general fluid intelligence: An individual-differences perspective. Psychonomic Bulletin & Review, 9, 637–671.

Kanner, L. (1943). Autistic disturbances of affective contact. The Nervous Child, 2, 217–250.

Kielinen, M., Linna, S.L., & Moilanen, I. (2000). Autism in Northern Finland. European Child and Adolescent Psychiatry, 9, 162–167.

Lord, C., Rutter, M., DiLavore, P.C., & Risi, S. (1999). Autism Diagnostic Observation Schedule. Los Angeles: Western Psychological Services.

Lord, C., Rutter, M., & Le Couteur, A. (1994). Autism Diagnosis Interview–Revised: A revised version of a diagnostic interview for caregivers of individuals with possible pervasive developmental disorders. Journal of Autism and Developmental Disorders, 24, 659–685.

Mackintosh, N.J. (1998). IQ and human intelligence. New York: Oxford University Press.

Minshew, N., Webb, S.J., Williams, D.L., & Dawson, G. (2006). Neuropsychology and neurophysiology of autism spectrum disorders. In S.O. Moldin & J.L.R. Rubenstein (Eds.), Understanding autism (pp. 379–415). Boca Raton, FL: Taylor & Francis.

Mottron, L. (2004). Matching strategies in cognitive research with individuals with high-functioning autism: Current practices, instrument biases, and recommendations. Journal of Autism and Developmental Disorders, 34, 19–27.

Mottron, L., Dawson, M., Soulières, I., Hubert, B., & Burack, J. (2006). Enhanced perceptual functioning in autism: An update, and eight principles of autistic perception. Journal of Autism and Developmental Disorders, 36, 27–43.

Newman, S.D., & Just, M.A. (2005). The neural bases of intelligence: A perspective based on functional neuroimaging. In R.J. Sternberg & J.E. Pretz (Eds.), Cognition and intelligence (pp. 88–103). Cambridge, England: Cambridge University Press.

Pennington, B.F., & Ozonoff, S. (1996). Executive functions and developmental psychopathology. Journal of Child Psychology and Psychiatry and Allied Disciplines, 37, 51–87.

Raven, J., Raven, J.C., & Court, J.H. (1998). Raven manual: Section 3. Standard progressive matrices. Oxford, England: Oxford Psychologists Press.

Scheuffgen, K., Happé, F., Anderson, M., & Frith, U. (2000). High "intelligence", low "IQ"? Speed of processing and measured IQ in children with autism. Development and Psychopathology, 12, 83–90.

Shah, A., & Frith, U. (1983). An islet of ability in autistic children: A research note. Journal of Child Psychology and Psychiatry and Allied Disciplines, 24, 613–620.

Shah, A., & Frith, U. (1993). Why do autistic individuals show superior performance on the Block Design task? Journal of Child Psychology and Psychiatry and Allied Disciplines, 34, 1351–1364.

Sinclair, J. (1999). Why I dislike "person first" language. Retrieved October 2006 from http://web.syr.edu/~jisincla/person_first.htm

Snow, R.E., Kyllonen, P.C., & Marshalek, B. (1984). The topography of ability and learning correlations. In R.J. Sternberg (Ed.), Advances in the psychology of human intelligence (Vol. 2, pp. 47–103). Hillsdale, NJ: Erlbaum.

Wechsler, D. (1991). Wechsler Intelligence Scale for Children–third edition: Canadian (WISC-III). Toronto, Ontario, Canada: Psychological Corp.

Wechsler, D. (1997). Wechsler Adult Intelligence Scale–third edition: Canadian. Toronto, Ontario, Canada: Psychological Corp.

 

1 См. Синклера (1999), чтобы понять наше уважительное использование термина "аутист", а не "человек с аутизмом".
(На сайте: "Джим Синклер: «Аутичный vs человек с аутизмом»". — Доп. перев.)

2 Замечания в данной статье верно отнести, например, к статье Амитты Ша и Уты Фрит 1993 года "Why Do Autistic Individuals Show Superior Performance on the Block Design Task". Однако уже в упомянутой статье Франчески Хаппе 1999 года "Аутизм: когнитивный дефицит или когнитивный стиль?" слабое центральное согласование не описывается как лишь дефицит. — Прим. перев.

 


Представленный выше материал — перевод текста "The Level and Nature of Autistic Intelligence".

Subscribe to Comments for "Уровень и природа аутического интеллекта"