You are here

Как думает аутичный человек?


AutisticThinking

Один из самых распространённых вопросов, который задают (и справедливо), — "Как думает аутичный человек?" К сожалению, на этот вопрос очень трудно ответить по множеству причин. Для начала, чтобы ответить на этот вопрос, человек должен некоторое время побыть аутичным человеком, потом — типичным, а затем сравнить отличия. К сожалению, это невозможно. Очень трудно сравнивать, чем ваш мыслительный процесс отличается от чьего-то другого, когда у вас не с чем сравнить. Это также трудно, потому что слова редко хорошо описывают мыслительные процессы. Я знаком с большинством английских слов и до сих пор не нашёл ни одного, которое точно и кратко описывало бы, как я думаю. Однако, как говорится, я готов попробовать. Я не могу гарантировать, что это будет иметь смысл или что это будет на 100 % точно для каждого аутичного человека; но это должно помочь объяснить вам некоторые вещи.

Думать по-другому

Возможно, первое, что следует упомянуть при описании моего мыслительного процесса, — это то, что он не происходит в грамматически правильных английских предложениях. Я понимаю, что у большинства людей есть внутренний голос, который является тем, как они думают о вещах. Это почти как монолог, который вы используете в качестве основного средства мышления. У меня тоже есть внутренний голос — это то, как я выясняю, что сказать и как сказать. Но это не мой основной способ обработки информации, и он не очень прост в использовании. Судя по тому, что я прочитал, это кажется более распространённым среди людей, у которых в детстве была задержка речи.

Итак, очевидный вопрос: "Как вы обрабатываете информацию?"
В моём мыслительном процессе есть большое количество того, что я собираюсь назвать понятиями. Каждый предмет, действие, эмоция, место или кусочек информации хранятся в моей голове как отдельное понятие. Эти понятия имеют множество форм и проявлений. Некоторые из них (особенно существительные) хранятся в виде картинок. Некоторые из них, такие как действия или эмоции, более абстрактны. У них нет никакой точной или определимой формы, но они определённо являются различными понятиями. Например, слово "бег" имеет несколько понятий в моей голове, основанных на том, как оно подразумевается. Если термин "бег" используется как "он бежит", то соответствующим понятием в моей голове является идея быстро двигаться на двух ногах (двигаться на четырёх ногах было бы галопом), проводя большую часть времени над землёй (но не двигаясь так быстро, насколько возможно, так как это было бы уже спринтом). Я также могу визуализировать, как кто-то бежит, так что это понятие сохраняется как визуально, так и абстрактно. Если слово "бег" используется для обозначения работы, как во фразе "Машина хорошо бегает", то у меня есть абстрактное представление о машине, работающей без сопутствующих изображений или слов. Если термин "бег" используется как "бежит слеза", то у меня есть изображение кого-то рыдающего, и это совершенно наглядное представление. Для типичных людей слово "бег", кажется, означает все эти вещи сразу, но с меньшими деталями (я не понимаю, как это работает). Для меня каждое возможное значение отличается и не связано с другими, поэтому я считаю слова такими раздражающими. Одно слово может означать много разных вещей, основанных на контексте, или одна идея может быть передана дюжиной разных слов.

Когда я думаю о чём-то, куча маленьких понятий собирается вместе, и именно так я прихожу к завершённой идее. Все понятия взаимосвязаны друг с другом таким образом, который имеет смысл для меня. Но в этих понятиях нет ни чёткого порядка, ни линейной структуры. Дело не в том, что одно понятие опережает другое; скорее, все понятия возникают вместе, как один большой шар. В качестве аналогии можно сказать, что индивидуальные понятия подобны отдельным веточкам, образующим птичье гнездо целостной идеи. Это не совсем так, ведь один прутик является более важным или более центральным, чем остальные.

Этот стиль мышления, когда несколько меньших понятий строятся вместе, чтобы сформировать одну большую идею, иногда называют "детальным мышлением". И, честно говоря, это довольно точный термин. В конце концов, мои мысли состоят из тысячи мелких деталей, и трудно придумать лучший способ объяснить это. Тем не менее, я бы не рекомендовал родителям слишком много читать об этом и верить всему, что они слышат о детальном мышлении. В некоторых книгах утверждается, что, поскольку аутичный человек обладают детальным мышлением, он совершенно не способен видеть вещи в более широкой перспективе. Детальное мышление также указывается причиной, по которой аутичные люди испытывают трудности с обобщением информации. В какой-то степени это верно, поскольку делать выводы из информации в подобном формате может быть трудно. Однако идея о том, что аутичный человек никогда не может видеть вещи с другой точки зрения, делать выводы из информации и обобщать, совершенно ложна. Я могу экстраполировать и обобщать; я просто делаю это иначе, чем кто-то, использующий типичный метод "сверху вниз".

Самая большая проблема, с которой я сталкиваюсь при таком методе мышления, — это когда мне приходится переводить его в слова. Аналогия: для меня использование слов похоже на использование второго языка. Когда вы слышите иностранный язык, первое, что вы делаете, это переводите его во что-то, что имеет смысл для вас. Например, если кто-то говорит: “Donde esta el bano?, то нужно понять, что это значит. Итак, вы переводите слова и понимаете, что это означает: "Где туалет?" Из этого вы составляете свой ответ и думаете: "Вторая дверь справа". Потом вам придётся перевести эту мысль на испанский, где она звучит так: “Es la segunda puerta a la derecha". Это не значит, что вы не можете общаться по-испански; просто это не ваш основной метод мышления. Сначала вы должны думать на своём языке, а затем переводить. Для меня использование слов — это то же самое. Я могу общаться с помощью слов, но они не тот способ, каким я обрабатываю информацию.

Например, если кто-то спросил меня: "Как прошла ваша поездка?”, то я подумал бы о поездке в аэропорт и о маршруте, по которому ехал. Я подумал бы о названиях дорог и видел бы карту маршрута как картинку в своей голове. Я подумал бы о времени, во сколько я вышел из дома, и о том, что я перекусил в пути. У меня в голове было бы несколько фотографий мест, где я парковал машину. Я подумал бы о линии безопасности в аэропорту. Я подумал бы о том, как смотрел в окно на взлетающие самолёты. Я подумал бы о том, где сидел в самолёте и какую еду подавали. Я вспомнил бы, какие крендели были вкусными и солёными, и так далее и тому подобное. Все эти крохотные кусочки информации сгустятся в комок и будут помечены в моем мозгу как "путешествие оттуда сюда".

Проблема в том, что это несколько затрудняет ответ на вопрос: "Как прошла ваша поездка?" Например, какую информацию хочет знать другой человек? Его, вероятно, не интересует маршрут, по которому я ехал, или моя закуска, но какая информация его интересует? Чтобы ответить на этот вопрос, я должен взять это "облако понятий", содержащее тысячи понятий, и свести его к дюжине или около того подходящих идей. И когда я выясняю, какую информацию он хочет знать, проблема заключается в преобразовании всех картинок, звуков и абстрактных понятий в английский язык. Например, с чего начать? О какой части информации я должен говорить в первую очередь, какая часть информации будет второй? И как только я выясняю, что мне нужно сообщить, и в каком порядке мне нужно это сообщить, проблема становится сопоставлением понятий с правильными словами. Каждая мысль в моей голове имеет пару десятков слов, связанных с ней. Например, понятие "перемещаться куда-то" может быть представлено словами: "ехать куда-то", "путешествовать", "идти", "двигаться", "переезжать", "менять место жительства" и т.д. Какое из слов будет использовано, зависит от других слов в предложении и значения, которое я пытаюсь передать. После того, как я выбрал слова для использования, я должен поместить эти слова в грамматически правильные предложения, что само по себе является ещё одной проблемой. Чтобы дать лучшую аналогию, я могу собирать это предложение вместе, как будто решая головоломку; и если вы не можете правильно сложить головоломку, вы не получаете никаких слов.

В принципе, мне требуется много работы, чтобы эффективно общаться, больше, чем требуется среднему человеку. Уверяю вас, я не просто сел и напечатал всё это. Каждое предложение в этой книге было написано и переписано около 3 или 4 раз, прежде чем оно обрело какой-либо смысл. А потом, по мере того как формировались абзацы, мне приходилось менять порядок предложений, изменять время некоторых предложений, добавлять одни предложения и удалять другие. Конечно, редактирование работы является частью процесса написания, будь вы аутичным человеком или нет; но я подозреваю, что мне требуется гораздо больше времени, чем обычному человеку, чтобы преобразовать мысли в своей голове в понятный и полезный язык. Итак, всё, что нужно сказать: если ваш ребёнок, как вам кажется, испытывает некоторые трудности с объяснениями вам чего-либо, пожалуйста, постарайтесь быть терпеливыми и внимательными. Нелегко перевести всё это на ваш язык, и попытка ускорить процесс точно не помогает сделать это быстрее.

По мере того как ребёнок станет старше и получит больше практики с переводом своих мыслей в слова, он сможет делать это быстрее и легче. Одна важная вещь, которую я должен отметить, заключается в том, что ребёнок станет лучше только в том, что он практикует. Например, если ваш ребёнок расскажет вам всё об игре, в которую он играл на своей приставке, это поможет ему научиться навыкам передачи фактической информации кому-то другому. Однако это не поможет ему научиться таким навыкам, как умение быть убедительным, или получать информацию от кого-либо другого, или обсуждать не фактическую (абстрактную) информацию. Если вы хотите, чтобы ваш ребёнок научился быть убедительным в своей речи, ему нужно практиковать это. Если вы хотите, чтобы он эффективно говорил об абстрактных понятиях, таких как чувства, ему нужно практиковать это.

Меньше подсознательной обработки

Второе существенное различие между аутичными и типичными людьми заключается в том, что мозг делает, а что не делает автоматически. Я подозреваю, это вызвано тем, что часть мозга, функцией которой является обычная обработка, не работает типично. Давайте рассмотрим пример: когда типичный человек смотрит на кого-то другого, кого он знает, он автоматически понимает, кто этот человек. Так происходит потому, что его мозг подсознательно обрабатывает лицо человека, используя собственную встроенную программу распознавания лиц, и выдаёт ответ. Для кого-то вроде меня, у кого имеется "лицевая слепота", этого не происходит. Когда я смотрю на лицо человека, я не знаю, кто это, даже если я знаю его всю свою жизнь. Поэтому мне нужно осознанно выяснить, кто это, в основном путём исключения. Когда есть ограниченное количество возможных совпадений, это не сложно. Например, если я нахожусь в родительском доме и ко мне подходит высокий, лысеющий мужчина средних лет с седыми волосами, я знаю, что это мой отец. Но когда я нахожусь в общественном месте и кто-то машет мне, гораздо тяжелее выяснить, кто это.

В таких ситуациях я машу в ответ, а потом стою и пытаюсь понять, кому я машу. Я думаю примерно так: у этого парня короткие каштановые волосы, он около 160 см, около 20 лет и атлетического телосложения. Я знаю, что это — не человек А, потому что волосы слишком короткие, это — не человек Б, потому что он слишком тощий, это — не человек В, потому что он слишком высокий и т.д. В конце концов, я прихожу к выводу и выясняю, кто это, или просто сдаюсь. Это не значит, что я не могу узнать людей по их лицам; просто я должен делать это сознательно, в то время как типичный человек делает это подсознательно, даже не думая об этом. Со временем я научился этому и теперь узнаю людей гораздо быстрее, чем в молодости. Не то чтобы у меня развился талант типичного человека автоматически распознавать лица. Я просто сделал это "вручную" так много раз, что это стало рутиной для меня. Многократная практика до тех пор, пока в итоге мастерство не станет второй натурой.

Это же можно наблюдать и при чтении мимики. Для типичных людей чтение и понимание выражений лица происходит подсознательно. Для аутичного человека это обычно не происходит автоматически. Поэтому вместо того, чтобы просто знать, что чувствует кто-то другой, когда он смотрит на вас определённым взглядом, аутичный человек должен потратить некоторое время, чтобы посмотреть на лицо, посмотреть, в каком положении находятся брови, губы и т.д., а затем сравнить это со списком возможных совпадений. Именно так аутичный человек учится распознавать выражения лица. Опять же, это не означает, что аутичные люди не могут научиться, просто им придётся делать это вручную, поскольку у них нет автоматической способности это делать. Со временем они могут больше практиковаться в "ручном" чтении выражений лица и научиться делать это быстрее и проще.

Это, конечно, относится не только к распознаванию и чтению лиц. Типичные люди обычно автоматически знают следующее: что является хорошей темой для разговора, как далеко они должны стоять от другого человека, какое выражение лица использовать при попытке что-то сообщить, является ли другой человек саркастичным или искренним и т.д. Типичным людям не нужно сидеть и тратить время на размышления о том, какая тема была бы уместна в данной ситуации; они просто склонны автоматически знать эти вещи, не тратя времени на их обдумывание. Аутичный человек, напротив, не знает об этом автоматически. Единственный способ, при котором он будет знать, какие темы разговора уместны, — это потратить время на обдумывание и выяснение вручную, так же, как типичный человек должен вручную делать математику.

Это также может относиться к чему-то, не связанному с социальным взаимодействием. Например, типичный ребёнок, вероятно, научится выполнять работу по дому, готовить еду, играть в игры или что-то в этом роде, наблюдая, как это делает другой человек. Это потому, что он обладает подсознательной способностью наблюдать и учиться. Маленькие дети впитывают информацию и учатся на подсознательном уровне, даже не осознавая этого. Аутичные дети не могут научиться выполнять задачу с помощью наблюдения так быстро, как это сделал бы типичный человек. Им, возможно, потребуется много раз увидеть, как выполняется задача, прежде чем они поймут, как сделать это самостоятельно, и даже тогда им могут потребоваться основные пошаговые инструкции. Это не значит, что аутичные люди не могут научиться. Они просто менее склонны изучать информацию подсознательно, просто находясь рядом с ней. Они с большей вероятностью узнают информацию, сознательно изучая и интерпретируя то, что видят и слышат, так же, как типичный человек изучал бы математику.

Чтобы помочь вам понять, о чем я говорю, рассмотрим, как человеческий мозг обрабатывает информацию. Информация поступает в мозг через органы чувств и обрабатывается, чтобы убрать ненужное. Например, когда вы смотрите на стол, вы не смотрите на каждое древесное волокно и направление древесного зерна. Вы просто видите стол. Ваши глаза могут ясно видеть древесные волокна, шероховатость поверхности и многие другие детали этого стола. Но когда вы просто входите в комнату, вы не обращаете внимания на эту информацию, потому что она не имеет значения. Ваш мозг просто вычищает ненужную информацию, чтобы не тратить время на ненужные мелочи. Таким образом, ваш мозг может выкинуть 90 % информации, которую он принимает. То есть информация проходит через эту первоначальную очистку, затем обрабатывается подсознательно вашим мозгом. Например, большинство людей войдёт в комнату и инстинктивно поймёт, что люди делают, какова тема разговора, что происходит в ситуации и т.д. Они знают эту информацию, потому что их мозг подсознательно проделал всю работу и дал им ответ. И снова ваше подсознание обрабатывает 90 % информации, которая проходит первоначальную очистку. Это означает, что 90 % информации теряется, 9 % обрабатывается автоматически, и только 1 % того, что приносят ваши чувства, фактически попадает в ваш сознательный мыслительный процесс.

Для сравнения рассмотрим аутичного человека. В его случае, возможно, 80 % информации, поступающей в его мозг, стирается. И только 80 % того, что проходит очистку, обрабатывается подсознательно. Таким образом, 80 % информации теряется, 16 % обрабатывается автоматически, а 4 % того, что приносят его чувства, попадает в сознательный мыслительный процесс аутичного человека. Хотя падение с 90 % до 80 % не такое уж большое падение, это может привести к тому, что в данной ситуации аутичный человек должен обрабатывать в четыре раза больше информации, чем типичный человек. Конечно, я должен признаться, что я просто написал эти цифры, чтобы привести пример. Точные проценты будут варьироваться от человека к человеку, в зависимости как от ситуации, так и от задачи. Но общая идея заключается в том, что ваш ребёнок должен обрабатывать гораздо больше информации сознательно, чем типичный человек, из-за того, что его мозг не выполняет задачу автоматически.

Поскольку все дети разные, я не могу дать вам список того, что ваш ребёнок понимает автоматически, как любой другой ребёнок, и список того, что ему нужно узнавать вручную. Некоторые люди хорошо справляются с навыками самообслуживания, но у них есть сложности на социальном фронте. Некоторые могут прекрасно справляться с личным пространством, но не знают, какие темы выбрать для разговора. Это действительно зависит от человека. Но я хотел бы указать, что если ваш ребёнок не может автоматически делать то, что может типичный человек, это не значит, что он не может научиться делать это вручную с помощью сознательного мыслительного процесса. Ему просто будет труднее это сделать, и это потребует больше усилий с его стороны.

Надеюсь, это прояснит некоторую путаницу в том, на что способен аутичный человек. Нередко вы можете найти статьи, которые утверждают: "Аутичные дети не могут читать выражения лица", но затем вы замечаете, что ваш ребёнок способен демонстрировать определённые выражения. Дело не в том, что ребёнок абсолютно не может воспринять эту информацию; просто он должен сделать это вручную, на сознательном уровне, в отличие от того, как это автоматически делается у типичных людей. Вот почему вы можете заметить несоответствие между аутичными людьми, когда они становятся старше. Люди часто смотрят на аутичных взрослых, которые способны читать выражения лиц или понимать социальные сигналы, и думают: "Этот человек не может быть аутичным". На самом деле взрослый аутичный человек таков же, как и ребёнок, пропускающий социальные сигналы. Разница лишь в том, что у взрослого человека было несколько десятилетий, чтобы собрать и изучить всё то, что типичные люди автоматически узнают в юности.

Также возникают проблемы, когда типичные и аутичные люди не понимают друг друга и испытывают трудности с объяснением вещей. Например, если типичный человек наблюдает других людей за беседой, он видит и то, как люди стоят, какую они принимают позу, на что похоже окружение и т.д. Затем его подсознание берёт эту информацию и обрабатывает её, чтобы определить, открытый ли это разговор или частный. Двое коллег, стоящих вокруг кофемашины, смеются: вероятно, это открытый разговор. Можно легко присоединиться и пообщаться с ними. И наоборот, если типичный человек видит двух людей, сидящих за столиком в ресторане и разговаривающих друг с другом, то может заключить, что это личный, закрытый разговор. И, соответственно, не надо пытаться сесть и поговорить с ними.

Но странно то, что вам не нужно на самом деле думать об этом, чтобы знать это. Вам не нужно сидеть там и рационально рассматривать все переменные. Вам не нужно гадать, на свидании они или нет, или им нужна компания, это просто как-то очевидно для вас. Типичные люди, как правило, знают такие вещи автоматически, путём подсознательного анализа, а не рационального мышления. Это часто создаёт проблемы: когда типичные люди пытаются объяснить что-то аутичным людям, они часто упускают ключевую информацию, не осознавая этого. Типичные люди имеют неприятную тенденцию предполагать, будто все думают так же, как они, и, как следствие, не могут правильно объяснить вещи таким образом, чтобы это имело смысл на рациональном уровне.

Поэтому, когда ваш аутичный ребёнок спрашивает вас: "Почему бы тебе не поговорить с тем человеком?", то Вы можете ответить ему: "Этот человек занят и не хочет, чтобы ему мешали". Хотя это действительно верный ответ, он не объясняет, откуда вы узнали, что другой человек не хочет, чтобы его прерывали. Для вас это может быть очевидно на основании его позы и осанки. Но для аутичного человека он — просто парень, сидящий за столом. У аутичного человека нет способа определить, доступен этот человек или нет. Поэтому, хотя вы считаете такую фразу "Этот человек занят и не хочет, чтобы ему мешали" как вполне достаточный ответ, аутичный человек не понимает этого и запутывается, пытаясь разобраться, как ему узнать эту информацию. Но в тоже время ребёнок в конце концов сможет научиться это делать, если дать ему достаточно времени, а вы можете ускорить процесс его обучения, полностью объясняя вещи, которые вы понимаете автоматически.

Гиперфокус

Третья область, в которой аутичные люди обычно отличаются от типичных людей — это то, что я буду называть "однонаправленным мышлением". Опять же, как и всюду в этой главе, я говорю только из личного опыта, поэтому ваш ребёнок может думать иначе. Но, основываясь на том, что я наблюдал, этот стиль мышления кажется довольно распространённым среди аутичных людей. Многие аутичные люди, как правило, очень сосредоточены на чём-то одном и не замечают ничего другого. Например, когда ребёнок играет со своими игрушками, вы можете позвать его, а потом позвать его снова, и он, вероятно, не ответит. Затем вы подходите к нему и говорите громче (часто пугая ребёнка), прежде чем он откликнется. Если вы спросите его: "Почему ты не отвечал, когда я тебя звала?" — ответ, который вы получите, будет: "Ты меня не звала".

В таких ситуациях ваш ребёнок не врёт, он действительно не слышал, как вы зовёте его, даже если все остальные слышали. Подобная тенденция проявляется, когда ребёнок фокусируется на чём-то конкретном. На чём бы он ни фокусировался, его внимание настолько сильно, что вся остальная сенсорная информация гораздо слабее, чем могла бы быть. Как и в большинстве случаев, аналогия, вероятно, поможет объяснить это. Представьте себе, что я взял маленькие наручные часы и установил будильник. Затем я положил бы их и попросил бы вас сесть на диван рядом с часами и дать мне знать, когда они запищат. Если бы вы сидели в тишине с закрытыми глазами, прислушиваясь к звуку, вы бы легко услышали, как часы зазвонили. Это не очень громкий сигнал, но вы всё равно услышите его в тишине. Теперь представьте, что я сделал бы то же самое; но на этот раз, вместо того, чтобы сидеть на диване рядом с часами в тишине, вы находились бы через две комнаты от меня, смотря боевик, полный громких взрывов и громкой музыки. Когда часы запищат, вы, вероятно, не услышите. Это не значит, что часы стали тише; просто вы так сосредоточены на фильме, что не услышали тихий звуковой сигнал на заднем плане.

Это то, что происходит, когда аутичный человек на чём-то сосредоточен. Он теряет представление о том, что происходит вокруг него, включая такие вещи, как другие люди, внешние звуки и даже внутренние сигналы, такие как голод или необходимость пользоваться туалетом. Было несколько случаев, когда я садился утром, чтобы сделать что-то на компьютере, а заканчивал 14 часов спустя и понимал, что я ещё не ел в тот день. К счастью, я достаточно контролирую свой мочевой пузырь, чтобы не мочиться, когда я гиперсфокусирован. Поэтому, если ваш ребёнок кажется где-то далеко или не реагирует, это не потому, что он игнорирует вас, он просто не слышит или не видит вас, если вы не говорите очень громко или не привлекаете его внимание каким-то другим способом.

Отсутствие эмоциональной осознанности

Четвёртая область, в которой аутичные люди обычно отличаются от типичных людей, — это их способность правильно определять собственное психическое состояние. Как бы странно это ни звучало, аутичные люди часто испытывают трудности с распознаванием того, счастливы ли они, печальны, сердиты или подавлены. Я не знаю точно, почему это происходит, и, конечно, стандартная оговорка, что не все аутичные люди таковы. Но я знаю, что это случается довольно часто. Лучшая аналогия, которую я смог придумать — датчики работают неправильно. Например, это как иметь автомобиль, где инструменты приборной панели сломаны. Вы можете завести двигатель, ехать по дороге, но все циферблаты по-прежнему на нуле. Это не означает, что ваша машина не движется, это просто означает, что вы не можете сказать, что происходит, глядя на циферблаты на приборной панели. Точно так же аутичный человек может рассердиться, но не знать об этом. Аутичные люди будут более вспыльчивы, они будут говорить громче и вставать в оборонительную позицию, но они не будут знать, что злятся. Поэтому часто есть проблема неспособности справиться с собственными эмоциями. В то время как типичный человек, как правило, знает, что он злится, и предпринимает шаги, чтобы избежать этого, аутичный человек может не реагировать должным образом, потому что он не получает предупреждающих знаков. Точно так же аутичному человеку очень легко испытать стресс, а затем столкнуться с очень серьёзной проблемой, не распознав предупреждающие признаки повышения уровня стресса. Чтобы расширить аналогию с автомобилем: очень легко случайно завести двигатель и загнать его в красную зону, когда у вас нет рабочего тахометра, чтобы сообщить вам, каковы текущие обороты. Таким образом, если ваш ребёнок кажется напряжённым или перегруженным, он может не знать, что происходит. Он, вероятно, знает, что чувствует себя нехорошо, и, вероятно, знает, что у него проблемы, но ему может быть трудно понять, в чём проблема и что её вызывает. Поэтому, если ваш ребёнок злится и сердится на вас, это, вероятно, не потому, что он хочет проявить неуважение. Скорее всего, он просто злится на что-то, но не знает об этом, и вымещает свои чувства на том, кто рядом. Хорошая новость заключается в том, что с возрастом ребёнку становится лучше. С некоторой практикой мы замечаем признаки различных эмоций, какие от них ощущения, и как с ними бороться.

Модель психического (теория разума)

Последнее различие, о котором мы будем говорить в этой главе, — это идея "модели психического". Это две разные темы, которые часто объединяют из-за ложного понимания того, что происходит на самом деле. Поэтому я попытаюсь разделить их и поговорить про обе. Первое значение "модели психического" используется для указания на то, что ребёнок понимает, что другие люди воспринимают мир иначе, чем он. Поскольку это сложное определение, я попытаюсь объяснить его немного проще. Когда ребёнок мал, он верит, что все вокруг знают одну и ту же информацию и думают так же, как и он. В возрасте от 3 до 4 лет большинство типичных детей начинают осознавать, что другие люди воспринимают мир и понимают вещи иначе, чем они. Это важный шаг к познанию восприятия и пониманию того, что другие люди знают и чего не знают. Однако большинство аутичных детей в возрасте от 3 до 4 лет ещё не поняли эту концепцию. Им требуется больше времени, чтобы выучить это. Точный возраст, в котором эта концепция изучается, зависит от ребёнка, но, как правило, гораздо позже, чем у типичного ребёнка. Часто именно поэтому аутичные дети начинают лгать или скрывать что-либо позже, чем типичные. Они не понимают, что другие люди не знают того, что знают они, и поэтому их можно обмануть.

Второй способ использования этой "модели психического" — показать, что аутичные люди не понимают, как думают типичные люди. Это часто сочетается с идеей о том, что аутичным людям не хватает эмпатии. Теперь, прежде чем я пойду дальше, я должен быстро прояснить некоторые термины. Сочувствие — это когда один человек заботится о другом человеке, и чувствует сострадание к нему. Эмпатия — это способность определять, что думает другой человек, без прямой информации. Сочувствие и эмпатия — не синонимы. Поэтому, когда вы слышите фразу, что аутичным людям не хватает эмпатии, это означает, что им трудно понять, как думают типичные люди; и это не значит, что они холодны или равнодушны. Я вынужден согласиться с большей частью литературы по этому поводу. Когда дело доходит до типичных людей, мне действительно трудно понять, как вы думаете. Вы все кажетесь мне очень странными. Я прекрасно понимаю мыслительный процесс других аутичных людей, но меня смущают типичные люди.

Однако я думаю, важно отметить, что это не вина аутичного человека в том, что он не понимает других людей, а вина всех людей в том, что они не понимают тех, кто отличается от них. Спросите себя: смущает ли вас ваш аутичный ребёнок? Кажется ли его мыслительный процесс странным и таинственным? Он делает вещи, которые вы бы не сделали, и вы понятия не имеете почему? Если вы ответили "да" на эти вопросы, это ясно указывает на то, что вы не понимаете, как думает ваш ребёнок. Другими словами, у вас нет эмпатии (не путать с сочувствием) к вашему ребёнку. Проблема не в недостатке навыков с вашей стороны или со стороны ребёнка; это просто факт человеческой природы: нам трудно понять тех, кто думает иначе, чем мы. Единственная причина, по которой это "отсутствие эмпатии" приписывается аутичному человеку, заключается в том, что типичные люди в численном превосходстве. Все кажутся ребёнку странными и сбивающими с толку, потому что они отличаются от него. Если бы аутичные люди составляли большинство населения, то ярлык "отсутствия эмпатии" был бы применён к меньшинству неаутичных людей.

Распространённые заблуждения

Теперь, когда я рассмотрел некоторые различия между аутичными и типичными людьми, я думаю, что должен также прояснить некоторые ошибочные представления и указать на то, в чём мы одинаковы. Во-первых, у аутичных людей действительно есть чувство юмора. Оно может быть не такое же, как у вас, и поэтому ваш ребёнок может не смеяться над вашими шутками. Но, уверяю вас, у него есть вещи, которые он считает забавными. Я должен также пояснить, что у аутичных людей действительно есть эмоции. Если кто-нибудь когда-нибудь скажет вам, будто у вашего ребёнка нет эмоций или он в любом случае бездушный или бесчувственный, не стесняйтесь дать ему пощёчину. Я полностью поддержу вас в этом.

Также важно отметить, что у аутичных людей есть воображение. Обычно люди смотрят на внешние проявления, вычленяют вещи из контекста и делают ложные предположения, заставляя недооценивать то, что может сделать аутичный человек. Например, психолог посмотрит на ребёнка, который сидит в углу, раскачиваясь взад-вперёд, и скажет: "О, посмотрите! Он не играет с другими детьми, у него нет воображения". Уверяю вас, эта мысль совершенно ложна. Как вы думаете, что делает ум ребёнка, когда он раскачивается взад и вперёд в углу? Он в своей собственной голове воображает миры, которые вы не можете понять, которые никакие слова не могут объяснить. Его воображение не испытывает недостатка, вовсе нет. Вы просто не можете этого видеть.

Представленный выше материал — перевод главы из книги "Поздравляю! Ваш ребёнок — странный" ("Congratulations! Your Child Is Strange").

Subscribe to Comments for "Как думает аутичный человек?"